Любушка. Вспоминая Любовь Голубецкую (Томск) | Страстной бульвар, 10

Любушка. Вспоминая Любовь Голубецкую (Томск)

Выпуск №8-178/2015, Вспоминая

Любушка. Вспоминая  Любовь Голубецкую (Томск)

Казалось, что она вечна, что всегда будет звучать ее тихий, ласковый голос. А ее улыбка - согревать каждого, встретившегося на пути. Увы! В начале апреля, на Страстной неделе, ушла из жизни старейшая актриса Томского театра юного зрителя, заслуженная артистка России Любовь Голубецкая.

В паспорте и в прочих официальных документах она значилась Любовь Константиновна Голубецкая. Но все, от мала до велика: коллеги по театру, знакомые и даже маленький соседский мальчишка - обращались к ней не иначе, как Любушка. Была в ней какая-то редкая для нашего жесткого и прагматичного времени детская чистота и незащищенность. Как-то раз она по-матерински пожурила одну молодую актрису за то, что та не стесняется в выражениях и не выпускает сигарету изо рта. Та выслушала и ответила: «Знаете, голубушка, вы одна у нас в театре такая нежная, а остальные на это и внимания не обращают». Да, она прекрасно осознавала, что в театре смотрелась этакой белой вороной: не сплетничала, не интриговала, не «дружила против кого-то», особо ни с кем не сближалась. Но именно за эти самые качества ее и уважали, хотя и удивлялись: ну, откуда она такая взялась?

Ее детство прошло в одном из самых красивых и больших приволжских городов - в Горьком, городе, славном своими культурными традициями, где было много театров, кинотеатров, дворцов культуры. Вот там, в одном из горьковских кинотеатров Люба Луконина и вышла впервые на сцену. В те времена перед киносеансами в фойе обычно играла живая музыка, певцы исполняли популярные песни. Один раз мама взяла с собой Любу в кино. И стоило музыкантам заиграть какую-то танцевальную мелодию, как пятилетняя девочка вскарабкалась на сцену и начала отплясывать импровизированный танец. В тот вечер кроха затмила всех музыкантов, и аплодисменты публики по праву принадлежали только ей.

Видимо, эти ощущения основательно запали в душу ребенка, и потому, будучи ученицей младших классов, она самостоятельно отыскала детскую театральную студию в одном из дворцов культуры и записалась туда. И надо сказать, что в студии ей было гораздо интереснее, чем в школе. Когда Люба училась в пятом классе и по-прежнему занималась в детской театральной студии, на занятие как-то пришел главный режиссер театра драмы. Он просидел всю репетицию «Тимура и его команды», а потом попросил девочку почитать что-нибудь. И Люба прочла ему монолог Анны Андреевны из «Ревизора». Режиссер тактично сдерживался, чтобы не рассмеяться (зрелище было довольно забавным!), но, возможно, что-то понравилось ему в этом чтении, что-то задело за живое. И потому, через несколько лет он предложил пятнадцатилетней Любе сыграть роль Луизы в спектакле «Коварство и любовь» на настоящей профессиональной сцене в драматическом театре! С его стороны это был довольно смелый поступок - доверить роль девочке, школьнице. Но не менее смелый поступок был и с ее стороны - взять и согласиться. Причем, без всяких сомнений и опасений! После премьеры горьковские критики все удивлялись, где же режиссер сумел отыскать столь юную актрису? Так что судьба Любы была определена еще в детстве: театр и только театр!

В Москву и Ленинград родители ее не отпустили, и потому Люба поступила в Горьковское училище искусств. И параллельно с девятнадцати лет начала работать в Драматическом театре им. 30-летия ВЛКСМ в закрытом городе Дзержинске под Горьким. В этом театре она прослужила семь лет. Здесь состоялась ее встреча с талантливым русским актером Петром Вельяминовым, тогда не очень известным, а после выхода телесериала «Тени исчезают в полдень» прославившемся на весь Советский Союз. С ним в Дзержинске ей посчастливилось сыграть не в одном спектакле. Потом был Кировский ТЮЗ, где происходило дальнейшее становление Любови Константиновны как актрисы. Этот театр стал судьбоносным и в том плане, что здесь она встретила своего мужа - потрясающего обаяния человека и актера Геннадия Голубецкого.

Последним же театром в жизни четы Голубецких стал Томский театр юного зрителя, куда их сманил сокурсник Геннадия Георгиевича по Щепкинскому училищу, позднее - известный томский актер и режиссер - Олег Афанасьев. Он соблазнил крайне острой по тогдашним перестроечным временам постановкой пьесы Михаила Шатрова «Дальше, дальше, дальше...» и пообещал Геннадию Георгиевичу роль Ленина. Не того, лакированного Ленина, каким привыкли его видеть зрители, а Ленина-человека, со своими недостатками и ошибками.

Для Голубецких Томский ТЮЗ стал вторым домом. Особенно после того, как Геннадий Георгиевич стал его директором. Здесь они проводили большую часть своего времени. Иногда Любовь Константиновна обижалась на мужа: сколько раз он, не любящий выпячивать себя, «зажимал» и ее, заставляя, например, отказываться от той или иной роли в пользу другой актрисы. И все для того, чтобы не было лишних разговоров, пересудов. Преимуществ директорской жены Любовь Голубецкая так никогда и не узнала. На работе он не делал ей никаких скидок.

И, тем не менее, актриса не могла пожаловаться на актерскую невостребованность. Эмилия в «Испанцах» М. Лермонтова, Тетя Шура в «Любови и голубях» В. Гуркина, Аграфена Кондратьевна в «Банкроте» А.Н. Островского, Мерчуткина в «Юбилее» А.П.  Чехова, Мэми в «Восьми любящих женщинах» Р. Тома, Бэтти в «Каждый ищет любви» Д. Нормета, Кормилица в «Ромео и Джульетте» В. Шекспира, Марфа в «Фараоне Кузе» Л. Соколовой, Белая Королева в «Сквозь зеркало, или Что там увидела Алиса» по Л. Кэроллу... Около тридцати больших и маленьких ролей сыграно в Томском ТЮЗе.

Она никогда не понимала, когда некоторые актеры капризничали и отказывались от неинтересных, на их взгляд, ролей. «Как это роль может быть неинтересной?» - недоумевала Любовь Константиновна. Одним из самых любимых образов актрисы, созданных ею в последние годы на сцене, была Анастасия Михайловна из мелодрамы А. Иванова «Божьи одуванчики» (режиссер Владимир Курбатов). Может, оттого, что судьба героини чем-то напоминала ее собственную? Большую часть своей жизни проработавшая с режиссерами традиционного, классического направления, она, тем не менее, с большим желанием и даже восторгом участвовала в спектаклях постановщиков-экспериментаторов. Например, у режиссера Ларисы Леляновой сыграла Кейт в «Калеке с острова Инишмаан» М. Макдонаха, а у молодого постановщика Евгения Лавренчука - Лили Марлен в «Драконе» Е. Шварца. Актриса с удовольствием играла в серьезных спектаклях, но не меньшее удовольствие получала и от работы в детских сказках. И ни одна ее роль не оставалась незамеченной зрителями.

Фотогалерея

Отправить комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
CAPTCHA
Мы не любим общаться с роботами. Пожалуйста, введите текст с картинки.