"Пиковая дама". Исповедь | Страстной бульвар, 10

"Пиковая дама". Исповедь

Выпуск №9-209/ 2018, Мир музыки

"Пиковая дама". Исповедь

«Пиковая дама» П.И. Чайковского по повести А.С. Пушкина, самая любимая композитором и самая популярная из его опер, не устает волновать воображение современных режиссеров, снова и снова маня мистицизмом сюжетной фабулы и бескрайних музыкальных пучин. Новые спектакли по этому сочинению ставятся на мировых сценах чуть ли ни ежегодно. В этом сезоне только на сценах московских музыкальных театров поставили две разноликие «Пиковые дамы», во «внутренний мир» которых приглашаем читателя заглянуть. Первой появилась «Пиковая дама» Дмитрия Бертмана и Владимира Федосеева в «Геликон-опере», и двумя месяцами позже Большой театр представил новую версию этого сочинения Римаса Туминаса и Тугана Сохиева - версию, ставшую уже третьей на его сцене в новом тысячелетии.

Постановка худрука театра «Геликон-опера» Дмитиря Бертмана создана на основе его же первого спектакля и представлена с обновленными декорациями, костюмами, новыми сценическими решениями, в полном авторском варианте. Главный приглашенный дирижер театра Владимир Федосеев, давно мечтавший поставить эту оперу, сделал это на самом высоком мировом уровне. Музыкальная часть спектакля - сильнейшая его сторона. Прекрасно сбалансированная архитектоника вокально-симфонического звучания сочетается с сумрачно-приглушенным общим тоном. Под руководством маэстро Федосеева кульминационные «гребни» сюжетно-музыкальных волн, ведущих в партитуре Чайковского к фатальному финалу, возникают как вспышки, как отчаянные попытки выбраться из окутавшего сумрака. Этот общий тон ничуть не мешает точному проявлению тончайших деталей авторского текста, выявлению тембровой палитры симфонизированной партитуры и верному смысловому проведению всех важнейших лейттем. Роль оркестра в этой опере и в этой постановке столь существенна, что Дмитрий Бертман ему отводит место прямо на сцене, как одному из ключевых героев. Основное действие сюжета развивается на авансцене. Массовые, хоровые сцены, создающие атмосферу сумрачного Петербурга, размещаются на своеобразном мостике над оркестром, напоминающем о городе на воде лишь отдаленно - скульптурами и мостовыми цепями.

Постоянные соавторы Дмитрия Бертмана художник-постановщик Игорь Нежный и художник по костюмам Татьяна Тулубьева отсылают к эпохе Пушкина с помощью стилизованных одежд и антикварной мебели - старинные часы, люстры и канделябры, старинный граммофон, резные стулья, огромное помутневшее зеркало, в котором является призрак Графини, назвавший три карты... Но главным элементом сценографии становится большой резной стол, покрытый зеленым сукном, вокруг которого хаотично разбросаны игральные карты и разыгрывается действие как партия в покер. Эта деталь сценографии не случайно выбрана главной - с одной стороны, она отвечает философской мысли, озвученной в финальной арии Германа («Что наша жизнь? - Игра!»), с другой, привлекает внимание зрителя к внутреннему миру главного героя. По словам Дмитрия Бертмана, «Пиковая дама» - это исповедь: «Если мы посмотрим на эту историю сквозь такую призму, то нас уже не будет волновать Петербург, этикет, исторические реалии. Она вне времени, вне пространства, вне быта. Исключительно вибрации души». Новый спектакль Дмитрия Бертмана - исповедь главного героя Германа. Зеленый резной стол становится символом его навязчивой идеи, ведущей от тревожного чувства влюбленности в пучину безумия. Именно эти вибрации души главного героя транслирует слушателю режиссер, и именно эту трансформацию Германа показывает исполнитель его роли, обладатель ровного, пластичного тенора Виталий Серебряков.

Все герои Дмитрия Бертмана полны жизненной силы. Это не музейные литературные персонажи, а вполне живые люди. Лиза Алисы Гицбы - не осторожная жертва обстоятельств, но страстная натура, борющаяся за свою любовь и готовая отдать ради нее все, что у нее есть. Графиня Ксении Вязниковой - не нафталиновая старушка, а молодая леди, живущая эротическими воспоминаниями: она игриво оголяет ножку, слушая пастораль «Искренность пастушки», исполняет арию «Je crains de lui parler la nuit», изнемогая от истомы на зеленом сукне стола, и готова принять в свои страстные объятия появившегося в ночи Германа, покуда не понимает его намерений.

Не менее живо представлены и другие персонажи - Граф Томский (Михаил Никаноров), Князь Елецкий (Максим Перебейнос), Полина (Александра Ковалевич) и другие, - а также массовые сцены, находящиеся в непрерывном движении (хореограф-постановщик Эдвальд Смирнов) и к финалу все больше оттеняющие основную драму.

Новый спектакль станет безусловным украшением репертуарного списка Геликон-оперы. Это показали уже первые спектакли, собравшие абсолютный аншлаг в зале.

Постановка «Пиковой дамы» в Большом пришла на смену спектаклю Л. Додина - М. Юровского 2015 года, замкнувшему восприятие зрителя вместе с героями оперы в пространстве Обуховской больницы и воспаленного сознания Германа. Тем отраднее на контрасте с предыдущим спектаклем воспринимается свободное пространство Римаса Туминаса, не только вернувшее слушателя к первоначальному авторскому замыслу, но и освободившее простор для зрительского воображения. Лишив зрителя «пиршества для глаз», режиссер совместно с художником Адомасом Яцовскисом (сценография) и Дамиром Исмагиловым (свет) создал на сцене стиль «строгой условности», в котором образ сумрачного Петербурга дан лишь пунктиром - в сером тоне скупых декораций и отдельных архитектурных деталях, хаотично расположившихся на пустой сцене, в стилизованных, почти монохромных костюмах Марии Даниловой. Постановщики тонко чувствуют «внутренний нерв» музыки, апеллируя более к символике визуальных образов и мизансцен, нежели к достоверной передаче деталей сюжета. И, пожалуй, главное, что остро ощущается на сцене - это атмосфера мистицизма, резонирующая музыке Чайковского. Движение от света к мраку, пронизывающее всю драматургию сюжета и музыки, передано и сценически. Пространство, в котором много воздуха, словно бы живет само по себе, рождая действие, складывающееся в роковой сюжет. Обреченность героев ощущается не только благодаря музыке, пронизанной вещими лейттемами-предвестниками трагедии, но и благодаря этому сценическому пространству, то и дело напоминающему об инфернальной стороне событий. То реальное действие на авансцене плавно перетекает в графические тени, появляющиеся на светящемся заднике условного Летнего сада в первой картине, то над стилизованным светским маскарадом с его пасторалью и празднествами екатерининской эпохи появляется зеркало, искажающее происходящее, то в последнем действии над сценой нависает словно бы гильотина, символизируя не только трагический исход главных героев, но и зловеще предвещая конец времени, в котором гибнут отдельные души.

Постановка осуществлена в двух составах. Заглавные роли в первом составе исполняют приглашенный на роль Германа Юсиф Эйвазов и Анна Нечаева (Лиза). Второй состав не уступает по качеству исполнения первому: Олег Долгов в роли Германа по мере погружения в музыку все лучше включается в психологический рисунок роли, а к концу спектакля захватывает драматизмом и психологической напряженностью, передав и в вокальном исполнении всю трагедию одинокого, отверженного человека. Его герой, как и задумывал режиссер, стал центром действия. Лиза в исполнении Евгении Муравьевой особенно хрупка и романтична, однако в не меньшей степени экзальтирована и несчастна. Лариса Дядькова в роли Графини почти бесчувственна и передает задуманный постановщиками потусторонний образ - она, по замыслу режиссера, с самого начала уже внутренне мертва. Органичный ансамбль главному дуэту персонажей составляют и другие исполнители - выдержанно-благородный Василий Ладюк в роли Елецкого, Геворг Акобян в роли Томского, Марат Гали в роли Чекалинского, Александр Науменко в роли Сурина, Олеся Петрова в роли Полины и другие.

И, наконец, о главном - о музыке, которая по праву царит и властвует в этом спектакле в трактовке Тугана Сохиева. Для дирижера «Пиковая дама» - сочинение глубоко психологическое и неоднозначное. Неоднократно ставивший эту оперу в европейских театрах, он признается, что всякий раз ищет в ней новые смыслы и попадает под «волшебные чары» партитуры. Это «волшебство», эту музыкальную тайну «Пиковой дамы» он транслирует слушателю в полном объеме, захватывая с первых тактов вступления. Рафинированная тембровая и динамическая палитра звучания, драматургически безупречно выстроенное развитие заставляют слушателя снова и снова окунаться в пучины всех психологических виражей музыки. И если тайна этого сочинения так и остается до конца неразгаданной, то исполнение под управлением Тугана Сохиева почти магнетически окутывает ею слушателя. Подтверждение тому - десятиминутные овации, которыми публика щедро одарила исполнителей.

 

Статья в PDF

Фотогалерея